За две тысячи франков я, пожалуй, уступлю ее вам. Студент не располагал такой суммой, но его семья, жившая в провинции, была не лишена достатка...
Андре Моруа (Andre Maurois)
«Собор»
еред собой тростью, чтобы не наткнуться на мебель (он плохо видит в полумраке и хромает), я прошел мимо зеркала в гостиной и увидел себя с головы до ног - в зеленом, с белым крахм..
Габриель Гарсия Маркес (Gabriel Garcia Marquez)
«Палая листва»
Казалось, ко мне в особенности он обращался с этими словами, словно умоляя оказать ему помощь в его колебаниях. Он разбил лед, нараставший в течение многих зим; очевидн..
Генри Джеймс (Henry James)
«Поворот винта»
Смотрите также:
Генеалогическое древо Дафны дю Морье
Вы читаете «Маленький фотограф», страница 1 (прочитано 0%)
«Синие линзы», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Перевод В. Салье.
Маркиза сидела в своем кресле на балконе отеля. На ней был один капот,
а ее блестящие золотистые волосы, только что уложенные и заколотые
шпильками, перехвачены широкой бирюзовой лентой того же тона, что и глаза.
Возле кресла стоял маленький столик, а на нем три флакончика с лаком для
ногтей, разных оттенков. Из каждой бутылочки она нанесла тонкий слой на три
пальца и теперь, вытянув руку, изучала полученный эффект. Нет, лак на
большом пальце слишком яркий, слишком красный, он придает ее тонкой смуглой
руке неспокойный, несколько возбужденный вид, словно на нее упала капелька
крови из свежей раны.
Лак на указательном пальце был розовый, резкого оттенка, он тоже
казался ей неверным, не соответствующим ее нынешнему настроению. Это был
красивый сочный розовый цвет, уместный в гостиной или в бальном зале, на
приеме, когда стоишь, медленно обмахиваясь веером из страусовых перьев, а
вдали раздаются звуки скрипок.
Средний палец покрывала тончайшая шелковистая пленка, цвет которой
трудно было определить. Не малиновый и не алый, а какой-то более тонкий,
мягкий оттенок. В нем виделся блеск пиона, который еще не совсем распустился
навстречу утреннему солнцу, он еще в бутоне и покрыт капельками утренней
росы. Прохладный и тугой, он глядит на пышную зелень лужайки с высоты
бордюра на террасе и раскроет свои нежные лепестки только под лучами
полуденного солнца.
Да, этот оттенок - именно то, что нужно. Она взяла кусочек ваты и
стерла неподходящий лак с двух ногтей, а затем обмакнула кисточку в
выбранный флакон и быстрыми, уверенными мазками, словно
художник-профессионал, стала наносить лак на ногти.
Закончив, она устало откинулась на спинку кресла, помахивая перед собой
руками, чтобы высох лак, - странные жесты, напоминающие движения жрицы.
Потом наклонилась, рассматривая ногти на ногах, видные сквозь сандалии, и
решила, что вот сейчас, через минуту, она их тоже покрасит; смуглые руки,
смуглые ноги, спокойные и незаметные, вдруг наполнятся жизнью.
Но сначала нужно отдохнуть, перевести дух. Слишком жарко, не хочется
отрывать спину от уютного кресла и наклоняться вперед, словно мусульманин на
молитве, ради того, чтобы покрасить ногти на ногах. Времени для этого
сколько угодно. В сущности говоря, у нее впереди целый день, целый
томительный длинный день, так похожий на все остальные.
Она закрыла глаза.
Отдаленные звуки гостиничной жизни доносились до нее как бы сквозь сон;
звуки были приглушенные, приятные, ибо она была частью этой жизни и в то же
время свободна, не связана неумолимыми требованиями домашнего уклада. На
верхнем балконе кто-то с шумом отодвинул стул. Внизу, на террасе, официанты
устанавливали яркие полосатые зонтики над маленькими столиками, готовясь к
обеду.
Страницы: (35) : 123456789101112131415 ... >>
Тем временем:
...
Ты целования Мне не дал; а она, с тех пор как Я пришел, не перестает целовать у Меня ноги.
А потому сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много; а кому мало прощается, тот мало любит.
Лк 7:37—47
Часть 1.
Жила-была на свете проститутка по имени Мария.
Минуточку! «Жила-была» — хорошо для зачина сказки, а история о проститутке — это явно для взрослых. Как может книга открываться таким вопиющим противоречием? Но поскольку каждый из нас одной ногой — в волшебной сказке, а другой —- над пропастью, давайте все же будем продолжать, как начали. Итак:
Жила-была на свете проститутка по имени Мария.
Как и все проститутки, родилась она чиста и непорочна и, пока росла, все мечтала, что вот повстречает мужчину своей мечты (чтобы был красив, богат и умен), выйдет за него замуж (белое платье, фата с флер-д-оранжем), родит двоих детей (они вырастут и прославятся), будет жить в хорошем доме (с видом на море). Отец у нее торговал с лотка, мать шила, а в ее родном городке, затерянном в бразильском захолустье, всего только и было что кинотеатр, ресторанчик да банк — все в единственном числе, — а потому Мария неустанно ждала: вот придет день и нагрянет без предупреждения прекрасный принц, влюбится без памяти и увезет мир покорять.
Ну а пока прекрасного принца не было, оставалось только мечтать. В первый раз влюбилась она, когда было ей одиннадцать лет — по дороге из дома в школу. В первый же день занятий поняла Мария, что появился у нее попутчик: вместе с нею в школу по тому же расписанию ходил соседский мальчик. Они и словом-то друг с другом не перемолвились ни разу, однако она стала замечать, что больше всего нравятся ей те минуты, когда по длинной дороге — пыль столбом, солнце шпарит немилосердно, жажда мучит, — из сил выбиваясь, поспевает она за мальчиком, который идет скорым шагом.
И так продолжалось на протяжении нескольких месяцев. И Мария, которая терпеть не могла учиться и, кроме телевизора, иных развлечений не признавала — да их и не было, — мысленно подгоняла время, чтоб поскорее минул день, настало утро и можно было отправиться в школу, а субботы с воскресеньями — не в пример своим одноклассницам — совсем разлюбила...
Пауло Коэльо (Paulo Koelio)
«Одиннадцать минут. Пауло Коэльо»
ресурс http://www.dumorie.ru/
